Takeda здесь покуда

Японский фармпроизводитель Takeda рассматривает варианты продажи своего российского завода, куда было вложено более €117 млн. На площадке выпускается препарат для пациентов с множественной миеломой, госзакупки которого за последние три года удвоились. Зарубежные компании вынуждены сокращать присутствие в РФ под давлением политики, хотя фарминдустрия не попала под санкции. Это может привести к вымыванию с локального рынка в том числе и инновационных препаратов, предупреждают эксперты. О том, что Takeda рассматривает возможность продажи своего завода в Ярославле, рассказали два источника “Ъ” на фармрынке. По их словам, ряд компаний интересовался стоимостью предприятия, но пока никаких конкретных переговоров нет. О возможной реализации этого актива японской компанией слышал и один из чиновников региона. В российском офисе Takeda от комментариев отказались, назвав информацию «рыночным слухом». В ярославский завод, где локализовано производство ряда инновационных препаратов, Takeda, по собственным данным, инвестировала за десять лет €117,43 млн. Часть этих препаратов поставляется и в страны ЕАЭС. Мощности предприятия рассчитаны на выпуск 90 млн ампул и более 3 млрд таблеток в год. В Ярославле Takeda производит один из своих продаваемых препаратов — инновационный «Нинларо» на основе иксазомиба для пациентов с множественной миеломой. По данным руководителя отдела стратегического развития Headway Company Людмилы Баландиной, в 2022 году в рамках госзакупок было поставлено этого средства на 4,55 млрд руб., что вдвое больше, чем в 2019–2021 годах. В случае продажи завода покупатель может получить права на производство этого препарата, поэтому вряд ли это серьезно скажется на объемах выпуска, считает директор по развитию компании RNC Pharma Николай Беспалов. Takeda, как и другие зарубежные фармпроизводители, на фоне российско-украинского военного конфликта столкнулась с требованиями части своих акционеров сократить присутствие на российском рынке, хотя фарминдустрию не коснулись западные санкции, поясняет один из источников “Ъ”. В то же время еще год назад, сразу же после начала боевых действий на Украине, Takeda заявляла, что «не видит рисков для своей деятельности в России». Продажа завода в Ярославле не означает полного сворачивания компанией своего российского бизнеса, утверждает собеседник “Ъ”. По его прогнозам, в этом году по пути Takeda могут пойти многие западные фармкомпании, локализовавшие производство в России. Сейчас в стране работает 570 иностранных фармкомпаний, отмечает партнер «Яков и партнеры» (ранее McKinsey) Тигран Саакян. По его словам, компании из недружественных стран занимают более половины российского рынка лекарств, объем которого по итогам 2022 года составил 2,57 трлн руб. На долю российских игроков приходится 36%. Большинство зарубежных компаний локализовало выпуск препаратов в России, отмечает Николай Беспалов. Но он сомневается, что распродажи этих мощностей примут массовый характер: «Те, кто хотел уйти с российского рынка, за год мог это сделать». О сворачивании работы в РФ заявили, например, два американских производителя — Bristol-Myers Squibb и Eli Lilly, передавшая российский бизнес в управление дистрибутору Swixx Biopharma (см. “Ъ” от 28 марта). В целом, по данным Тиграна Саакяна, около десяти фармкомпаний и дистрибуторов из недружественных стран столкнулись со сложностями из-за разрыва логистических цепочек и политической ситуации, что вынудило их пересмотреть свои планы на российском рынке. Большая часть иностранных компаний прекратила инвестиции в свои российские проекты, а это впоследствии может привести к полному выводу их препаратов с локального рынка, что отразится в том числе и на госзакупках, считает эксперт. По его данным, на долю западных производителей приходится около 25% всего бюджетного сегмента.