В Рыбинске взыскали с больницы 500 тысяч рублей после смерти пациентки

Женщина просила о помощи, но в стационаре не нашлось того, кто бы помог умирающей. Рыбинский городской суд встал на сторону женщины, которая обратилась с иском о моральных страданиях, которые ей пришлось вынести после смерти матери. Мать истицы получила травму в ДТП. Травматологи вправили ей бедро, а через 12 дней провели операцию по вправлению вывиха повторно. Ночью женщина почувствовала себя плохо, её крики о помощи были безрезультатными, постовой медсестры на месте не оказалось, кнопка вызова врача в палате отсутствовала. Все пациенты палаты были лежачими, позвать на помощь врача никто не смог. К утру пациентка скончалась. Дочь умершей женщины просила взыскать с больницы три миллиона рублей, поскольку считала, что её матери оказали некачественную медицинскую помощь. В суде наличие дефектов при оказании медицинской помощи подтвердилось. — Пациенту с высоким риском развития тромбоэмболии лёгочной артерии перед оперативным вмешательством не была проведена надлежащая профилактика тромбозов и эмболий. При этом, как указали эксперты, даже надлежащая профилактика тромбозов у больной с высоким риском их развития не может являться гарантией не наступления осложнений и развития опасного для жизни состояния. Но не проведение надлежащей профилактики у такого пациента практически гарантировано приводит к их развитию, — отмечается в материалах суда. Кроме несоблюдения порядка лечения суд отмечает нарушение этических принципов в действиях медицинских работников, которые длительное время не оказывали медицинскую помощь пациентке, несмотря на её неоднократные призывы о помощи ввиду ухудшения состояния здоровья. Осознание факта страданий матери, её беспомощности и потеря близкого человека нанесли моральный вред заявительнице. При этом суд учёл, что причиной смерти всё же явилась тяжёлая травма нижней конечности, а действия врачей являются лишь опосредованной причиной ухода пациентки из жизни. Поэтому сумму компенсации морального вреда установили в размере пятисот тысяч рублей, а не в три миллиона, как сначала просила истица.