Польские госучреждения обнародовали отчеты об эксгумации коллективного захоронения жителей двух сел, уничтоженных в 1943 году украинскими националистами. При этом на Волыни на данный момент вскрыта лишь ничтожная часть ям, куда палачи бросали останки своих жертв. По оценкам специалистов, работы впереди еще на много лет. Это значит, что мощный источник раздражения поляков, испытываемого ими по отношению к украинцам, — фактор долговременный. Подробности — в материале «Известий». Невинные жертвы и их палачи Как известно, власти Украины долго не хотели давать полякам разрешение на вскрытие могил жертв Волынской резни, устраивали многочисленные проволочки. Всё же в прошлом году были произведены раскопки на территории бывшей деревни Пузники, а на днях в польском Институте национальной памяти (IPN) представили предварительные результаты эксгумации останков жертв в окрестностях сел Воля-Островецкая и Острувки. Минувшей весной исследователи института обнаружили там яму-захоронение площадью около 14 кв. м. Пробные раскопки, проведенные в центре и по краям намеченного участка, позволили найти останки пяти человек, в том числе ребенка. Тогда в IPN отметили, что приступают к вскрытию лишь самого верхнего слоя захоронения. Выяснилось, что тела были погребены без гробов и лежали в беспорядке. Фото: Getty Images/NurPhoto И вот теперь исследователи сообщили, что извлекли из земли останки 48 человек. Торжественная церемония их захоронения запланирована на 30 августа — в годовщину уничтожения обоих польских сел. Во время пресс-конференции Института национальной памяти были показаны личные вещи, найденные рядом с останками. В настоящее время IPN добивается от украинских властей разрешения на их вывоз в Польшу. «Небольшие религиозные медальоны, четки, две пары обуви — это единственные предметы, сохранившиеся вместе с останками. Эти артефакты, извлеченные из мест массовых убийств, для нас — священные реликвии. Мы очень хотели бы, чтобы они вернулись в семьи или попали в музеи Польши», — заявил доктор Кароль Полеевский, заместитель руководителя IPN. По его словам, работы на месте этого массового захоронения в Воле-Островецкой уже практически завершены — но только одного из них. По данным IPN, в здешней земле всё еще остаются останки не менее трехсот жителей Острувки и Воли-Островецкой, сваленные в другие ямы. Со слов исследователя, до 40% всех жертв составляли дети. Из останков отбирают образцы генетического материала — это необходимо для того, чтобы установить личности хотя бы некоторых жертв. Полеевский также сообщил, что институт направил еще 14 запросов на раскопки, ожидающих в настоящее время рассмотрения украинскими властями. Фото: Getty Images/NurPhoto Одновременно были опубликованы архивные данные об Иване Климчаке (он же Лысый, Павлюк, Пашкевич) — бандите, руководившем палачами, расправившимися с жителями Воли-Островецкой и Острувков. Он родился в 1915 году в селе Тартаков Сокальского района Львовской области и вскоре после окончания гимназии вступил в ОУН (признана экстремистской и запрещена в РФ). В 1938 году Климчака арестовала польская полиция, и он был осужден во Львове на два года заключения. После установления во Львове советской власти Ивана Климчака освободили, а в ноябре 1940-го он нелегально перешел границу, поступив на службу нацистскому режиму. Климчак поступил в Кракове на трехмесячные курсы диверсантов, организованные германским абвером. В январе 1941 года органы НКВД арестовали его семью в Тартаке, а 23 июня 1941-го родителей Климчака расстреляли во Львове. К сожалению, конкретного дела пока найти не удалось, но, судя по всему, родных Климчака заподозрили в причастности к террористической деятельности ОУН. В период гитлеровской оккупации Украины Иван Климчак лично участвовал в массовых казнях украинских евреев. Весной 1943-го 186 солдат 103-го батальона шуцманшафта во главе с Климчаком присоединились к УПА (признана экстремистской и запрещена в РФ). Сначала он командовал сотней, потом — куренем (единица, соответствовавшая батальону). Уничтожение жителей сел Острувки и Воля Островецкая курень УПА «Буг» под командованием Климчака совершил 30 августа 1943 года. Мужчин выводили группами по 5–10 человек в сарай, где убивали топорами, молотками, дубинками и палками — без использования огнестрельного оружия, чтобы не было слышно выстрелов. Тела сбрасывали в предварительно выкопанные ямы. Когда в районе появился германский патруль, убийства ускорили. В школе, где находились приблизительно 150–200 женщин и детей, закрыли дверь, обложили здание соломой и подожгли, бросая внутрь гранаты. Выпрыгивавших из окон расстреливали. Немецкие войска на Думской площади в Киеве в период оккупации Украины Фото: РИА Новости Единственным выжившим жителем двух деревень оказался 14-летний Володислав Сорока. Израненный подросток ночью выбрался из ямы с телами. Всего в Острувках погибли приблизительно 474 человека (из них 204 — дети), в Воле Островецкой — примерно 628 человек (из них 220 детей). По итогам совершенного преступления Иван Климчак представил деловитый отчет руководству ОУН: «29 августа 1943 года провел акцию в селах Воля Островецкая и Островки Головнянского района. Ликвидировал всех поляков от мала до велика. Все дома сжег, имущество и скот забрал для нужд куреня». Сам Климчак был уничтожен 23 октября 1944 года (по другим данным — 12 сентября 1944 года) подразделением НКВД СССР возле села Плоское Шацкого района Волынской области. После ликвидации тело этого 28-летнего оуновца было на некоторое время выставлено в городе Шацк для всеобщего обозрения — на виселице. Риторика, которая работает Всего, по данным историков, в период с 1943 по 1945 год на Волыни были убиты около 100 тыс. поляков — и раскопки могут продолжаться еще долгие годы. Это долговременный источник раздражения в польско-украинских отношениях. Как показывает опрос, проведенный в июле, нынешние правящие леволибералы под началом действующего премьера Дональда Туска в совокупности получили бы меньше мест в сейме, чем потенциальная коалиция в составе правых партий «Право и Справедливость» (ПиС), «Конфедерация» и «Конфедерация польской короны». При этом у двух последних сил (а именно они наиболее активно раскручивают темы УПА и Волыни) наблюдается значительный рост рейтинга. Фото: TASS/WOJTEK JARGILO Данная ситуация отчасти напоминает историю весны 2015 года, когда, по сути, и зародился нынешний конфликт между Украиной и Польшей по поводу Волынской резни. Тогдашний польский президент Бронислав Коморовский (коллега Туска по партии «Гражданская платформа») прибыл с визитом в Киев. 9 апреля он выступал в Верховной раде, где призвал к «польско-украинскому примирению» и выразил поддержку «европейским устремлениям Украины». Это был первый в истории визит польского президента с речью в украинском парламенте. А всего через несколько часов после выступления Коморовского рада приняла пакет из четырех так называемых декоммунизационных законов. Один из них признал членов ОУН-УПА «борцами за независимость Украины». Этот шаг вызвал в Польше шок и возмущение. Сам Коморовский позже вынужден был признать, что польско-украинский исторический диалог теперь практически невозможен. У него были все основания обижаться, так как данная история стоила ему президентского поста. В Польше в тот момент как раз была в самом разгаре президентская предвыборная гонка, в которой по всем опросам Коморовский, выдвинувшийся на второй срок, сначала уверенно лидировал. Однако его главный соперник, кандидат от «Права и Справедливости» Анджей Дуда, ухватился за голосование рады по УПА, сумев представить это намеренным плевком в лицо слабому президенту Коморовскому, который, дескать, не сумел отстоять честь польского народа и напрасно унижался перед презирающими поляков бандеровцами. Эта риторика оказалась эффективной — Дуда сумел переломить ход кампании в свою пользу и победить на выборах. После этого в ПиС сделали вывод об эффективности антибандеровских лозунгов и намерены повторить такую схему и сейчас, в преддверии парламентских выборов октября 2027 года. Бронислав Коморовский Фото: РИА Новости/Валерий Мельников В свою очередь, Дональд Туск и его партия «Гражданская платформа» пытаются тему Волынской резни как-то пригасить, убрать на периферию общественного сознания. Однако, чтобы не слишком раздражать поляков, они тоже вынуждены говорить о том, что чтут память жертв — так, в июле Туск сообщил, что в Варшаве появится стена памяти. Но в целом Туск и польские либералы настаивают, что «исторические споры» следует отложить перед лицом «общего врага» в лице России. При этом режим Зеленского, уже наживший себе проблем в Польше присвоением одному из подразделений ВСУ почетного наименования «героев УПА», теперь пытается подыграть Туску и делает небольшие шаги навстречу полякам. Так, в июле Владимир Зеленский пообещал извлечь из архивов Службы безопасности Украины и украинской Службы внешней разведки Украины все имеющиеся там документы по поводу событий на Волыни. Зеленский добавил, что будет предоставлено «существенное количество разрешений» на поисковые и эксгумационные мероприятия, связанные с этими событиями. «Никакого снисхождения бандеровщине!» Туск использует посулы киевского диктатора для того, чтобы успокоить общественное мнение: мол, украинцы идут навстречу Польше и якобы готовы покаяться за преступления УПА. «Впрочем, польские правые тоже не сидят сложа руки и делают всё, чтобы тема продолжала оставаться в центре внимания. Тем более что на Украине полно полезных идиотов, которые на все лады рассказывают о «героизме» УПА, о том, что события Волынской резни — это было «национальное восстание» против «польской оккупации». Украинским бандеровцам наплевать на то, что своими славословиями в адрес военных преступников они только ухудшают положение живущих в Польше соотечественников, которые всё чаще жалуются на агрессию, угрозы и нападения со стороны поляков», — отмечает в разговоре с «Известиями» политолог Максим Рева. Фото: TASS/WOJTEK JARGILO Политолог приводит нашумевшее заявление, сделанное преподавателем Киевского государственного педагогического университета имени Драгоманова Кириллом Татариновым по случаю дня памяти жертв Волынской резни, ежегодно отмечаемого в Польше 11 июля. Татаринов считает события геноцида поляков праздником и поздравляет украинский народ с «годовщиной изгнания польских оккупантов с Волыни». Он считает, что поляки «должны знать свое место». Это отнюдь не мнение отдельного маргинала — такую точку зрения разделяют и прочие идеологи самостийного национализма. По словам Ревы, «после подобных заявлений, совершаемых такими выродками, в Польше начинают еще сильнее избивать украинцев». Тем более что и среди самих беженцев полно тех, кто разделяет лозунги бандеровщины. Яростное прославление преступников из УПА на Украине рождает в Польше мощную ответную реакцию. 4 июля несколько тысяч человек приняли участие в марше памяти жертв Волынской резни, прошедшем в центре Варшавы. Чуть позже президент Навроцкий, выступая на церемонии в селе Радруж, приуроченной ко дню памяти жертв Волынской резни, призвал к запрету в Польше красно-черного флага ОУН-УПА. «Я сделаю всё, чтобы его не было в нашей стране. Я верю, что польский парламент примет соответствующий закон», — пообещал глава государства. По словам Навроцкого, этот флаг символизирует «идеологию украинского национализма, представители которого убивали польских женщин и детей». Он также сравнил бандеровскую (Степан Бандера признан Тверским судом города Москвы пособником нацистской Германии в совершении преступлений против советского народа в годы Великой Отечественной войны) идеологию с нацистским лозунгом «Кровь и почва» и заключил, что ей «нет места в Европейском союзе». Фото: РИА Новости/Алексей Витвицкий А 12 июля в Варшаве состоялся очередной «Волынский марш», организованный на сей раз партией «Конфедерация польской короны». В отличие от предыдущего мероприятия такого рода, это оказалось более радикальным по духу. Помимо заявлений о необходимости чтить память поляков, погибших во время резни, организаторы требовали прекратить военную помощь Киеву и поддержку украинских беженцев. Они утверждали, что боевые действия на Украине не касаются Польши, а «российская угроза» является «исключительно украинской проблемой». Участники шествия скандировали: «Польша антибандеровская», «Поляк в Польше хозяин!». Также звучали призывы не передавать Украине «ни грамма боеприпасов, ни литра масла, смазки или топлива». Наконец, был высказан совет Дональду Туску и бывшему премьер-министру Матеушу Моравецкому, в особенности ратующим за вооружение киевского режима, — пускай они лично отправляются на фронт и не втягивают в это остальных поляков. Наконец, неприятие бандеровщины выражается не только в официальных публичных акциях, но и в росте уличного насилия. Только за первую половину 2026 года польская полиция зарегистрировала 180 заявлений о преступлениях против украинцев на почве ненависти. Это на 30% больше, чем за аналогичный период 2025 года, но это далеко не полная статистика: часть пострадавших боится обращаться в полицию. «Разумеется, далеко не все пострадавшие являются идейными бандеровцами. По факту они тоже стали жертвами режима Зеленского и теперь расплачиваются за преступное возвеличение палачей», — подводит итог Максим Рева. Без срока давности: поляки продолжают вскрывать преступления украинских националистов
Польские госучреждения обнародовали отчеты об эксгумации коллективного захоронения жителей двух сел, уничтоженных в 1943 году украинскими националистами. При этом на Волыни на данный момент вскрыта лишь ничтожная часть ям, куда палачи бросали останки своих жертв. По оценкам специалистов, работы впереди еще на много лет. Это значит, что мощный источник раздражения поляков, испытываемого ими по отношению к украинцам, — фактор долговременный. Подробности — в материале «Известий». Невинные жертвы и их палачи Как известно, власти Украины долго не хотели давать полякам разрешение на вскрытие могил жертв Волынской резни, устраивали многочисленные проволочки. Всё же в прошлом году были произведены раскопки на территории бывшей деревни Пузники, а на днях в польском Институте национальной памяти (IPN) представили предварительные результаты эксгумации останков жертв в окрестностях сел Воля-Островецкая и Острувки. Минувшей весной исследователи института обнаружили там яму-захоронение площадью около 14 кв. м. Пробные раскопки, проведенные в центре и по краям намеченного участка, позволили найти останки пяти человек, в том числе ребенка. Тогда в IPN отметили, что приступают к вскрытию лишь самого верхнего слоя захоронения. Выяснилось, что тела были погребены без гробов и лежали в беспорядке. Фото: Getty Images/NurPhoto И вот теперь исследователи сообщили, что извлекли из земли останки 48 человек. Торжественная церемония их захоронения запланирована на 30 августа — в годовщину уничтожения обоих польских сел. Во время пресс-конференции Института национальной памяти были показаны личные вещи, найденные рядом с останками. В настоящее время IPN добивается от украинских властей разрешения на их вывоз в Польшу. «Небольшие религиозные медальоны, четки, две пары обуви — это единственные предметы, сохранившиеся вместе с останками. Эти артефакты, извлеченные из мест массовых убийств, для нас — священные реликвии. Мы очень хотели бы, чтобы они вернулись в семьи или попали в музеи Польши», — заявил доктор Кароль Полеевский, заместитель руководителя IPN. По его словам, работы на месте этого массового захоронения в Воле-Островецкой уже практически завершены — но только одного из них. По данным IPN, в здешней земле всё еще остаются останки не менее трехсот жителей Острувки и Воли-Островецкой, сваленные в другие ямы. Со слов исследователя, до 40% всех жертв составляли дети. Из останков отбирают образцы генетического материала — это необходимо для того, чтобы установить личности хотя бы некоторых жертв. Полеевский также сообщил, что институт направил еще 14 запросов на раскопки, ожидающих в настоящее время рассмотрения украинскими властями. Фото: Getty Images/NurPhoto Одновременно были опубликованы архивные данные об Иване Климчаке (он же Лысый, Павлюк, Пашкевич) — бандите, руководившем палачами, расправившимися с жителями Воли-Островецкой и Острувков. Он родился в 1915 году в селе Тартаков Сокальского района Львовской области и вскоре после окончания гимназии вступил в ОУН (признана экстремистской и запрещена в РФ). В 1938 году Климчака арестовала польская полиция, и он был осужден во Львове на два года заключения. После установления во Львове советской власти Ивана Климчака освободили, а в ноябре 1940-го он нелегально перешел границу, поступив на службу нацистскому режиму. Климчак поступил в Кракове на трехмесячные курсы диверсантов, организованные германским абвером. В январе 1941 года органы НКВД арестовали его семью в Тартаке, а 23 июня 1941-го родителей Климчака расстреляли во Львове. К сожалению, конкретного дела пока найти не удалось, но, судя по всему, родных Климчака заподозрили в причастности к террористической деятельности ОУН. В период гитлеровской оккупации Украины Иван Климчак лично участвовал в массовых казнях украинских евреев. Весной 1943-го 186 солдат 103-го батальона шуцманшафта во главе с Климчаком присоединились к УПА (признана экстремистской и запрещена в РФ). Сначала он командовал сотней, потом — куренем (единица, соответствовавшая батальону). Уничтожение жителей сел Острувки и Воля Островецкая курень УПА «Буг» под командованием Климчака совершил 30 августа 1943 года. Мужчин выводили группами по 5–10 человек в сарай, где убивали топорами, молотками, дубинками и палками — без использования огнестрельного оружия, чтобы не было слышно выстрелов. Тела сбрасывали в предварительно выкопанные ямы. Когда в районе появился германский патруль, убийства ускорили. В школе, где находились приблизительно 150–200 женщин и детей, закрыли дверь, обложили здание соломой и подожгли, бросая внутрь гранаты. Выпрыгивавших из окон расстреливали. Немецкие войска на Думской площади в Киеве в период оккупации Украины Фото: РИА Новости Единственным выжившим жителем двух деревень оказался 14-летний Володислав Сорока. Израненный подросток ночью выбрался из ямы с телами. Всего в Острувках погибли приблизительно 474 человека (из них 204 — дети), в Воле Островецкой — примерно 628 человек (из них 220 детей). По итогам совершенного преступления Иван Климчак представил деловитый отчет руководству ОУН: «29 августа 1943 года провел акцию в селах Воля Островецкая и Островки Головнянского района. Ликвидировал всех поляков от мала до велика. Все дома сжег, имущество и скот забрал для нужд куреня». Сам Климчак был уничтожен 23 октября 1944 года (по другим данным — 12 сентября 1944 года) подразделением НКВД СССР возле села Плоское Шацкого района Волынской области. После ликвидации тело этого 28-летнего оуновца было на некоторое время выставлено в городе Шацк для всеобщего обозрения — на виселице. Риторика, которая работает Всего, по данным историков, в период с 1943 по 1945 год на Волыни были убиты около 100 тыс. поляков — и раскопки могут продолжаться еще долгие годы. Это долговременный источник раздражения в польско-украинских отношениях. Как показывает опрос, проведенный в июле, нынешние правящие леволибералы под началом действующего премьера Дональда Туска в совокупности получили бы меньше мест в сейме, чем потенциальная коалиция в составе правых партий «Право и Справедливость» (ПиС), «Конфедерация» и «Конфедерация польской короны». При этом у двух последних сил (а именно они наиболее активно раскручивают темы УПА и Волыни) наблюдается значительный рост рейтинга. Фото: TASS/WOJTEK JARGILO Данная ситуация отчасти напоминает историю весны 2015 года, когда, по сути, и зародился нынешний конфликт между Украиной и Польшей по поводу Волынской резни. Тогдашний польский президент Бронислав Коморовский (коллега Туска по партии «Гражданская платформа») прибыл с визитом в Киев. 9 апреля он выступал в Верховной раде, где призвал к «польско-украинскому примирению» и выразил поддержку «европейским устремлениям Украины». Это был первый в истории визит польского президента с речью в украинском парламенте. А всего через несколько часов после выступления Коморовского рада приняла пакет из четырех так называемых декоммунизационных законов. Один из них признал членов ОУН-УПА «борцами за независимость Украины». Этот шаг вызвал в Польше шок и возмущение. Сам Коморовский позже вынужден был признать, что польско-украинский исторический диалог теперь практически невозможен. У него были все основания обижаться, так как данная история стоила ему президентского поста. В Польше в тот момент как раз была в самом разгаре президентская предвыборная гонка, в которой по всем опросам Коморовский, выдвинувшийся на второй срок, сначала уверенно лидировал. Однако его главный соперник, кандидат от «Права и Справедливости» Анджей Дуда, ухватился за голосование рады по УПА, сумев представить это намеренным плевком в лицо слабому президенту Коморовскому, который, дескать, не сумел отстоять честь польского народа и напрасно унижался перед презирающими поляков бандеровцами. Эта риторика оказалась эффективной — Дуда сумел переломить ход кампании в свою пользу и победить на выборах. После этого в ПиС сделали вывод об эффективности антибандеровских лозунгов и намерены повторить такую схему и сейчас, в преддверии парламентских выборов октября 2027 года. Бронислав Коморовский Фото: РИА Новости/Валерий Мельников В свою очередь, Дональд Туск и его партия «Гражданская платформа» пытаются тему Волынской резни как-то пригасить, убрать на периферию общественного сознания. Однако, чтобы не слишком раздражать поляков, они тоже вынуждены говорить о том, что чтут память жертв — так, в июле Туск сообщил, что в Варшаве появится стена памяти. Но в целом Туск и польские либералы настаивают, что «исторические споры» следует отложить перед лицом «общего врага» в лице России. При этом режим Зеленского, уже наживший себе проблем в Польше присвоением одному из подразделений ВСУ почетного наименования «героев УПА», теперь пытается подыграть Туску и делает небольшие шаги навстречу полякам. Так, в июле Владимир Зеленский пообещал извлечь из архивов Службы безопасности Украины и украинской Службы внешней разведки Украины все имеющиеся там документы по поводу событий на Волыни. Зеленский добавил, что будет предоставлено «существенное количество разрешений» на поисковые и эксгумационные мероприятия, связанные с этими событиями. «Никакого снисхождения бандеровщине!» Туск использует посулы киевского диктатора для того, чтобы успокоить общественное мнение: мол, украинцы идут навстречу Польше и якобы готовы покаяться за преступления УПА. «Впрочем, польские правые тоже не сидят сложа руки и делают всё, чтобы тема продолжала оставаться в центре внимания. Тем более что на Украине полно полезных идиотов, которые на все лады рассказывают о «героизме» УПА, о том, что события Волынской резни — это было «национальное восстание» против «польской оккупации». Украинским бандеровцам наплевать на то, что своими славословиями в адрес военных преступников они только ухудшают положение живущих в Польше соотечественников, которые всё чаще жалуются на агрессию, угрозы и нападения со стороны поляков», — отмечает в разговоре с «Известиями» политолог Максим Рева. Фото: TASS/WOJTEK JARGILO Политолог приводит нашумевшее заявление, сделанное преподавателем Киевского государственного педагогического университета имени Драгоманова Кириллом Татариновым по случаю дня памяти жертв Волынской резни, ежегодно отмечаемого в Польше 11 июля. Татаринов считает события геноцида поляков праздником и поздравляет украинский народ с «годовщиной изгнания польских оккупантов с Волыни». Он считает, что поляки «должны знать свое место». Это отнюдь не мнение отдельного маргинала — такую точку зрения разделяют и прочие идеологи самостийного национализма. По словам Ревы, «после подобных заявлений, совершаемых такими выродками, в Польше начинают еще сильнее избивать украинцев». Тем более что и среди самих беженцев полно тех, кто разделяет лозунги бандеровщины. Яростное прославление преступников из УПА на Украине рождает в Польше мощную ответную реакцию. 4 июля несколько тысяч человек приняли участие в марше памяти жертв Волынской резни, прошедшем в центре Варшавы. Чуть позже президент Навроцкий, выступая на церемонии в селе Радруж, приуроченной ко дню памяти жертв Волынской резни, призвал к запрету в Польше красно-черного флага ОУН-УПА. «Я сделаю всё, чтобы его не было в нашей стране. Я верю, что польский парламент примет соответствующий закон», — пообещал глава государства. По словам Навроцкого, этот флаг символизирует «идеологию украинского национализма, представители которого убивали польских женщин и детей». Он также сравнил бандеровскую (Степан Бандера признан Тверским судом города Москвы пособником нацистской Германии в совершении преступлений против советского народа в годы Великой Отечественной войны) идеологию с нацистским лозунгом «Кровь и почва» и заключил, что ей «нет места в Европейском союзе». Фото: РИА Новости/Алексей Витвицкий А 12 июля в Варшаве состоялся очередной «Волынский марш», организованный на сей раз партией «Конфедерация польской короны». В отличие от предыдущего мероприятия такого рода, это оказалось более радикальным по духу. Помимо заявлений о необходимости чтить память поляков, погибших во время резни, организаторы требовали прекратить военную помощь Киеву и поддержку украинских беженцев. Они утверждали, что боевые действия на Украине не касаются Польши, а «российская угроза» является «исключительно украинской проблемой». Участники шествия скандировали: «Польша антибандеровская», «Поляк в Польше хозяин!». Также звучали призывы не передавать Украине «ни грамма боеприпасов, ни литра масла, смазки или топлива». Наконец, был высказан совет Дональду Туску и бывшему премьер-министру Матеушу Моравецкому, в особенности ратующим за вооружение киевского режима, — пускай они лично отправляются на фронт и не втягивают в это остальных поляков. Наконец, неприятие бандеровщины выражается не только в официальных публичных акциях, но и в росте уличного насилия. Только за первую половину 2026 года польская полиция зарегистрировала 180 заявлений о преступлениях против украинцев на почве ненависти. Это на 30% больше, чем за аналогичный период 2025 года, но это далеко не полная статистика: часть пострадавших боится обращаться в полицию. «Разумеется, далеко не все пострадавшие являются идейными бандеровцами. По факту они тоже стали жертвами режима Зеленского и теперь расплачиваются за преступное возвеличение палачей», — подводит итог Максим Рева. 