Константин Рыбинский: «Заметки издалека. Заметка сто тридцать шестая. Свобода слова»

Авторская колонка Константина Рыбинского. Ну, что, с выборами у нас теперь всё ясно. Выбор у нас: между кока-колой и пепси-колой, да ещё в условиях импортозамещения. А что у нас со свободой слова? Вначале было Слово. Но во все времена жить свободному слову было нелегко: за него побивали камнями, распинали, да и просто резали. И режут. Наше отечество не исключение. Язычники убивали христиан, христиане - язычников, в средневековье за слово рвали языки, потом ссылали в Сибирь (даже просвещённая императрица немка матушка Екатерина Вторая ссылала, и в крепость садила особенно говорливых), вымарывали тексты целыми главами, расстреливали, гноили в лагерях. А что такого в этом свободном слове, откуда такие страсти? В широком смысле слово - сформулированная и выраженная мысль. Многим людям мысль в принципе чужда и недоступна. Такие люди хорошо описаны товарищем Быковым в стихотворении "Путин и мужик": "Думал: вот ведь, кукуруза! Дальше думать он не мог". Другие, хотя и имеют кругозор и словарный запас шире, чем у похмельного агрария, просто не нуждаются в свободе слова, предпочитая бутерброд с бужениной. Их кредо: моя хата с краю, меньше знаешь - крепче спишь. Но есть и те, кто за слово готовы идти на крест и на костёр. Парадокс, но в стране жёсткой цензуры - в СССР - нас учили именно на их примерах. Со школы помню слова Джордано Бруно: "Сжечь не значит опровергнуть". Безусловно, такое воспитание со временем в столкновении с реальностью рождало либо диссидентов, либо лицемеров, либо, что чаще - конформистов, но зерно сеялось здравое. В конце восьмидесятых годов двадцатого века нам повезло, и наступила гласность. Зёрна проросли и дали ошеломляющие всходы. Свобода наступила такая, что у многих голова закружилась до тошноты. Это уже давняя история. А что сегодня? Конституция РФ в статье 29 каждому гарантирует свободу мысли и слова. Мало того, каждому даётся "право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию". То есть, теоретически, свободы слова у нас не меньше, чем у многих. А практически? А практически свобода эта присутствует до тех пор, пока слово не противоречит политике Партии и правительства. В противном случае Конституцию отодвигают на край стола, и в дело вступают наскоро принятые драконовские законы с расплывчатыми формулировками. Законы о дискредитации, фейках, оскорблении разнообразных чувств трактуются и применяются так вольно, что диву даёшься акробатической гибкости нашего самого гуманного в мире суда. А можно и без суда обойтись: хоба - и человек уже поражённый в правах иноагент. Круг замкнулся, как поёт товарищ Чистяков, мы снова стоим на улице Ленина. Хорошо, что пока не на улице Сталина. Впрочем, ещё не вечер. И всё же свобода слова, право выражать свои убеждения нормальному человеку нужны, как воздух. И никакие швондеры не могут решать, что нам можно говорить, а что нет во имя процветания России. Вот когда все эти "запрещальщики" бросят запрещать хором, и займутся чисткой сараев - прямым своим делом - вот тогда в России и наступит процветание. КОНСТАНТИН РЫБИНСКИЙ