Судья взял самоотвод по делу адвоката, обвиняемого в воспрепятствовании правосудию

Судья Биробиджанского райсуда, рассматривающий ходатайство органов предварительного следствия об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу адвокату, обвиняемому в воспрепятствовании правосудию, взял самоотвод, сообщает портал "Город на Бире". Адвоката Николая Русинова, члена коллегии адвокатов Еврейской Автономной Области, обвиняют в совершении преступления по ч. 3 ст. 294 УК (воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного следствия, совершенное лицом с использованием служебного положения). Как полагает следствие, в конце июня Русинов, осуществляя защиту лица, обвиняемого в превышении должностных полномочий, и пытаясь добиться оправдательного приговора, "неоднократно обращался к судье и активно навязывал ему мнение" о невиновности своего клиента (подробнее читайте в материале "Право.ru" "СК задержал адвоката по обвинению в воспрепятствовании правосудию"). Перед началом процесса по делу адвоката судья предоставил ему возможность ознакомиться с материалами, предоставленными для рассмотрения вопроса об аресте. После часового перерыва председательствующий объявил, что отправляется в совещательную комнату, по возвращении из которой он огласил постановление о самоотводе. Свое решение судья аргументировал тем, что не может рассматривать ходатайство по делу, поскольку его имя и должность также упоминаются в одном из объяснений, представленных для решения вопроса об аресте Русинова. Сегодня в обеденное время истекает 48 часов с момента задержания последнего. Отвечая на вопрос журналиста о причастности к тому, в чем его обвиняют, Русинов подтвердил, что разговаривал с судьей о деле и судьбе своего подзащитного. "Но в моем разговоре акцент делался не на оправдательный приговор, я подчеркиваю это, а на то, что верю в объективность и порядочность судьи, верю в то, что на него нельзя оказать давления, и поэтому хочу, что бы именно он рассматривал уголовное дело, – сказал он. – Я еще раз повторяю, речь шла не об оправдании, а об объективности судебного разбирательства. Если наш разговор фиксировался, то это должно быть сохранено и озвучено".